О дефиците эмпатии рассказывает в новой книге Далай-Лама

base_c3ed6bcf54Конструктивный гнев

Как-то одна женщина, социальный работник, рассказала Далай-ламе следующую историю: некоторое время назад рабочая нагрузка на социальных работников стала почти непосильной. На каждого из них приходилось такое количество обращений, что они были просто не в состоянии помочь всем нуждающимся. Обеспокоенные судьбой детей, которые нуждались в их помощи, социальные работники провели серию митингов и добились снижения рабочей нагрузки. Как сказала эта женщина, «мы не могли мириться с таким положением дел». Гнев помог им мобилизоваться и добиться устранения несправедливости.

Далай-лама считает, что конструктивный, правильно направленный гнев может быть полезным. Нравственное негодование может побуждать к позитивным действиям. Он не осуждает безоговорочно любое проявление гнева, как я этого ожидал. Как и в случае спокойствия, он различает разные виды гнева.

Когда мы возмущаемся несправедливостью, он призывает нас задействовать позитивные аспекты гнева (такие как интенсивный фокус, прилив сил и решительный настрой), которые могут сделать наш ответ на несправедливость более эффективным. Но это становится невозможным, если мы позволяем нашему гневу выйти из-под контроля. В этом случае интенсивный фокус превращается в одержимость, прилив энергии — в неконтролируемое возбуждение, а решительность — в жестокость. Важно не просто действовать. Важно и то, как действовать.

В целом Далай-лама выступает за уменьшение деструктивных эмоций, включая гнев. «Терпимость означает, что мы должны избавиться от гнева и ненависти. Но если какой-либо человек причиняет вред нам самим или другим людям, а мы ничего не делаем в ответ, этот человек может почувствовать свою безнаказанность и усугубить свое негативное поведение».

«Таким образом, мы должны проанализировать ситуацию и, если она требует каких-либо контрмер, предпринять их без гнева. На самом деле действия, не мотивированные гневом, как правило, оказываются гораздо более эффективными — когда мы спокойны, у нас гораздо больше шансов попасть прямо в цель!»

Но если в той или иной ситуации мы не способны сохранить спокойствие, Далай-лама советует нам «правильно направить» наш гнев, предприняв необходимые действия для защиты себя и других людей от угрозы или несправедливости, но не позволяя гневу перерастать в неконтролируемую ненависть.

«Постарайтесь сохранить спокойствие ума, изучите ситуацию, а затем примите меры противодействия. Если вы оставите неправомерные деяния без ответа, тем самым вы позволите им продолжаться и, возможно, набирать силу. Следовательно, подлинное сострадание предполагает, что вы должны их остановить».

Наше сострадание должно охватывать всех людей. «Даже если поведение человека носит деструктивный характер, — говорит Далай-лама, — необходимо проявлять заботу о его благополучии. Но при этом вы должны постараться помочь ему прекратить такое поведение».

Один из способов направить свой гнев в конструктивное русло — сохранить чувство сострадания по отношению к этому человеку, даже если нам придется решительно противостоять его поступкам.

Это подводит нас к ключевой проблеме: умению разделять между тем, что человек делает, и самим человеком.

Это означает, что мы должны противостоять неправильным поступкам, но любить самого человека — и приложить все усилия к тому, чтобы помочь ему изменить его образ действий. Даже если мы возмущены его поступками, Далай-лама призывает нас сохранять сострадание к совершившему их человеку.

«Истинный смысл прощения, — объясняет он, — состоит в том, чтобы не переносить неприятие поступков человека на самого человека».

Посвятив много часов сравнению различных методов работы с эмоциями, Далай-лама и Пол Экман сошлись на том, что ключевым моментом во всех них является умение провести различие между человеком и его поступком. Именно такой когнитивный прием психологи рекомендуют как наиболее эффективный способ управления негативными эмоциями наподобие гнева.

base_99f13f433c

Дефицит эмпатии

На встрече с группой китайских студентов, проходящих обучение в университетах штата Нью-Йорк, Далай-лама сказал: «Вы должны поддерживать вашего нового президента Си Цзиньпина в его усилиях по борьбе с коррупцией. Это очень смелый, замечательный человек, но он нуждается в общественной поддержке».

Вспоминая свою встречу с Мао Цзэдуном в Пекине в 1950-е годы, Далай-лама с улыбкой сообщил мне: «Поскольку Будда был противником кастовой системы, даже Мао признал его заслуги. Он назвал его настоящим революционером, боровшимся за социальную справедливость».

Это замечание напомнило мне о состоявшемся много лет назад разговоре с Джоном Огбу, нигерийским антропологом из Калифорнийского университета в Беркли, который приехал для проведения полевых исследований в маленький городок в центральной Калифорнии, где я вырос. Я был шокирован, услышав о теме его исследования: де-факто существующей здесь кастовой системе.

Он обратил мое внимание на то, что в моем родном городе этнические меньшинства живут в одной его части, а белый средний класс — в другой и такая же сегрегация наблюдается и в школах. Он считал это фактическими «кастовыми» границами. И я не мог с ним не согласиться. Что меня поразило больше всего, так это то, что этот очевидный факт до сих пор ускользал от моего внимания, хотя я прожил в этом городке много лет. Я попросту не задумывался об этом.

В нашей повседневной жизни мы легко перестаем замечать социальное неравенство, автоматически следуя привитым нам с рождения негласным культурным нормам и убеждениям. Следовательно, одна из важных форм прозрачности — выводить на поверхность эти принимаемые как данность предрассудки и скрытые формы дискриминации, например, как это давно уже делается в отношении прав женщин и различных меньшинств.

Невидимость социальной несправедливости порождает равнодушие, особенно среди тех, кто находится у власти (те, кто страдает от несправедливости, разумеется, осведомлены о ней очень хорошо). Исследования показывают, что такое равнодушие начинается на межличностном уровне и создает невидимый барьер для проявления заботливого отношения к людям в целом.

«Общества нужно оценивать не по тому, как они относятся к власть имущим, а по отношению к тем, кто от власти далек»

Как показала серия экспериментальных исследований, проведенных психологом Дачером Келтнером из Калифорнийского университета в Беркли, при непосредственном общении человек с более высоким статусом, как правило, обращает гораздо меньше внимания на человека с более низким статусом, и наоборот.

Так, в ходе пятиминутной встречи двух незнакомых людей более богатый человек намного меньше использовал зрительный контакт, кивки и смех — показатели вовлеченности, — чем менее богатый человек. Аналогичную тенденцию исследователи обнаружили и в Нидерландах: когда двое незнакомых людей рассказывали друг другу о печальных моментах в своей жизни, более влиятельный человек также проявлял больше равнодушия. В то же время Келтнер обнаружил, что бедные и менее влиятельные люди чутко настроены на других людей, как стоящих выше них на социальной лестнице, так и находящихся на одном с ними уровне.

Такая же разница в уровне эмпатической сонастроенности была обнаружена и внутри организаций, когда исследователи сравнили способность представителей высокого и низкого социального ранга определять чувства своего собеседника по выражению его лица. Во время общения начальников и подчиненных первые не только проявляли меньше внимания к своим собеседникам, что выражалось в более короткой продолжительности зрительного контакта, но и чаще их прерывали и завладевали разговором.

Это объясняется тем, что люди, живущие в стесненных и нестабильных финансовых условиях, — например, мать-одиночка, которая работает на двух работах и вынуждена оставлять своего трехлетнего ребенка под присмотром соседки, — зависят от хороших отношений с другими людьми, чья помощь однажды им может понадобиться. «Они понимают, что нуждаются в окружающих», — сказал мне Келтнер.

В отличие от этого, более состоятельная мать-одиночка может нанять для своего трехлетнего ребенка няню или отдать его в центр дневного пребывания детей. Такая независимость, считает Келтнер, является одной из причин, почему богатые люди могут позволить себе не обращать внимания на других людей — что влечет за собой равнодушие к их нуждам и страданиям.

Когда я рассказал о результатах этих исследований Далай-ламе, он добавил еще одно осложняющее обстоятельство: последователи некоторых религий считают, что социальный статус определяется кармой (или судьбой), следовательно, богатые люди заслуживают своего богатства, а бедные люди — своей тяжелой доли, поэтому им не нужно сопереживать и помогать.

Каковы бы ни были истоки такого отношения — негласно существующая кастовая система, вера в свою «избранность» или убеждение в том, что «так Бог устроил мир», — оно препятствует состраданию и становится оправданием для бездушия. «Вот как религия может усугублять эту проблему», — говорит Далай-лама.

Люди, которые игнорируют бедственное положение других, объясняя его божественной волей или кармой, добавляет он, «глубоко заблуждаются».

Мало того, мы должны не просто чувствовать сострадание, но и действовать в соответствии с ним. «Можно тысячу раз повторить слово «равенство», — говорит Далай-лама, — но при этом поступать совершенно иначе». Проблема заключается в том, что, если у людей, принимающих решения в политике и бизнесе, отсутствует способность к сопереживанию, они не способны в полной мере понять, как их решения отразятся на менее благополучных их согражданах.

Неравенство между богатыми и бедными или социально незащищенными слоями населения становится невидимой, но неоспоримой нормой. Неравный доступ к власти воспринимается как нечто само собой разумеющееся, особенно со стороны элит, которые пользуются ее преимуществами. А те, кто живет в бедственных условиях, не имеют доступа к власти и, следовательно, к принятию решений, которые могли бы улучшить их условия жизни.

Между тем общества нужно оценивать не по тому, как они относятся к власть имущим, а по отношению к тем, кто от власти далек, — будь то из-за своей расы, вероисповедания, пола, уровня дохода или классовой принадлежности, в том числе и принадлежности к еще не родившемуся поколению.

Ганди особенно болезненно переживал равнодушие элиты к бесправным и неимущим. Среди записей, найденных после его смерти в 1948 году, имелся такой совет: «Вспомните лицо самого обездоленного и несчастного человека, которого вам довелось видеть, и спросите у себя, принесет ли тот шаг, который вы собираетесь предпринять, какую-либо пользу этому человеку».

Выводы Келтнера подтверждают важность совета Ганди: образ нуждающегося человека может придавать интимность этому акту и пробуждать эмпатию, которая является лучшим противоядием от равнодушия. Когда мы сопереживаем человеку, мы можем лучше понять, что ему нужно, — и принять более правильное решение.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Свитов Сергей
Статью разместил: Свитов Сергей
Свитов Сергей – Ученик Воронежского Института Практической Психологии и Психологии Бизнеса. Рассматриваю психологию как реальный инструмент изменений и приобретения навыков. Если рассматривать психологию как "супчик для души", жевания соплей, и сантименты, то результаты будут носить случайный характер. Ищите меня в ВКонтакте!

Есть что сказать по теме, оставь комментарий:

Уведомление
avatar
wpDiscuz

Есть что сказать по теме, оставь комментарий:

Есть что сказать по теме, оставь комментарий: